В том, что украинский кризис повлияет на результаты «Евровидения-2014», не сомневался, кажется, почти никто. Политические или околополитические настроения зрителей влияют на итоги конкурса – и это ни для кого не секрет.

А неодобрительная реакция части аудитория в Копенгагене на объявление о выходе сестер Толмачевых в финал только укрепила многих наблюдателей в уверенности – самое неприятное для россиянок еще впереди. В прессе ряда постсоветских государств даже промелькнул прогноз, что победу на конкурсе одержит Украина. В итоге, представительница последней действительно обогнала россиянок, а по количеству баллов Россия получила результат почти вдвое меньше прошлогоднего. Так насколько серьезную подножку российским исполнительницам подставила политика? Давайте попробуем разобраться.

Для начала вспомним, что по устойчивой поддержке друг друга на конкурсе среди стран-участниц Евровидения можно выделить четыре крупнейших региона, пересекающихся между собой. Это, во-первых, постсоветское пространство (причем, по схожести симпатий на конкурсе сюда можно было отнести не только страны бывшего СССР, но и Израиль), во-вторых, Балканы, в-третьих, регион Скандинавии и Прибалтики, в-четвертых, страны с большими мусульманскими общинами — либо исторически связанные с Османской империей (собственно мусульманские по населению Турция, Азербайджан, Албания и страны с крупными историческими мусульманскими общинами — Босния и Герцеговина, Болгария, Македония), либо принявшие мигрантов из таких стран (Италия, Швейцария, Германия). Среди победителей конкурса последних 13 лет только один (Германия в 2011 году) не был представителем этих культурно-политических регионов.

Наилучшие перспективы на конкурсе всегда получали исполнители, связанные с двумя и более регионами одновременно или выходцы из «лимитрофных» стран, которые находятся на их стыке. Так, Александр Рыбак, победитель Евровидения-2009, абсолютный рекордсмен, набравший наибольшее число баллов в истории конкурса (387), был связан и со скандинавско-прибалтийским (представляя на конкурсе Норвегию), и с постсоветским регионами (благодаря белорусскому происхождению). Дания, победитель Евровидения-2013, консолидировала вокруг себя голоса не только своего региона, но также Балкан и обычно разрозненно голосующих (или поддерживающих постоянно лишь 1-2 ближайших соседей) стран Западной Европы. Занявший второе место в том же году Азербайджан находится на пересечении постсоветского и «постосманского» регионов.

Обратим внимание, что, независимо от смены выступавших на конкурсе исполнителей, резкого колебания симпатий к представляемым странам внутри одного и того же региона, как правило, не происходит. Это еще раз подтверждает: политический оттенок голосования на «Евровидении» трудно не заметить.

Результаты конкурса в 2014 году действительно выделяются на фоне прошлогодних – но вовсе не из-за украинского фактора Дело в том, что существенно изменилось соотношение сил между упомянутыми культурно-политическими регионами. «Евровидение-2014» оказалась наименее представительным за последние годы. В нем приняло участие всего 37 стран (а, например, на конкурсе, который в 2009 году принимала Москва, их было 42). Всерьез поредели ряды участников из Балканского региона (не вышли на конкурс в этом году Сербия, Босния и Герцеговина, Хорватия, Болгария). Это само по себе подрывало позиции региона «постосманского». Так, в той же Болгарии в последние несколько лет высокие баллы получал Азербайджан. А, если вспомнить, что конкурс второй год проходит без Турции, то шансы на победу других участников из этого региона стали и вовсе невысокими.

Однако удар по двум названным регионам на конкурсе самым прямым образом отразился именно на России. Дело в том, что голосов одного постсоветского пространства для победы и даже просто попадания в группу лидеров на конкурсе явно недостаточно. А именно Балканский и «постосманский» регионы и давали России этот самый дополнительный прирост баллов. Вспомним, что на «Евровидении-2013» Сербия принесла России 8 баллов, Хорватия – 6, Болгария и опять же не участвовавший в нынешнем конкурсе Кипр – по 5, а в годы своего участия в конкурсе за Россию обычно охотно голосовала и Турция. Зато в 2014 году на Евровидение вернулась Польша, которая редко отдавала предпочтение российским исполнителям (в 2011 году, например, она не присудила нашей стране ни одного балла).

А вот если отбросить эти факторы, которые от украинского кризиса и претензий к России не зависели никак, мы действительно сможем представить, как же изменилось отношение к России в «Большой Европе» («от Атлантики до Урала») в связи с событиями последних месяцев. Собственно, на большей части бывшего СССР если что-то и изменилось для россиян, то даже в лучшую сторону: не7, а 8 баллов России от Молдавии, не 8, а 12 от Белоруссии, не 7, а 10 от Армении, 12 вместо 0 от Азербайджана. Интересно, что результат, полученный россиянами на Украине, за год не изменился вовсе – те же стабильные 4 балла, разве что в лидерах вместо Белоруссии в прошлом году теперь оказалась уже «совершенно европейская» Швеция (в связи с этим, сложно не вспомнить позицию главы МИД этой страны Карла Бильдта по поводу Майдана и Крыма).

Зато настоящий обвал ждал Россию в странах ЕС. Это хорошо видно уже на примере Прибалтики, по своим симпатиями на Евровидении находящейся на стыке постсоветского и скандинавского регионов. Так, Латвия и Эстония, поставившие России по 12 баллов в прошлом году, на этот раз ограничились 2 и 1 баллом соответственно. В «старой Европе» падение поддержки россиян оказалось не менее заметной.

Победа Кончиты Вурст (в свободное от работы время являющейся Томасом Нойвертом) напомнила россиянам то ли о традициях балагана (образ «женщины с бородой»), то ли о Верке Сердючке. О европейской толерантности в связи с «казусом Кончиты» в российской блогосфере не упомянул только ленивый. Однако тема толерантности в Европе в фаворе не первый год, да и открытые геи периодически появляются на конкурсе. Так, представлявший Германию на московском «Евровидении-2009» Оскар Лойя именно накануне состязания признался, что к женщинам равнодушен, а к мужчинам – как раз наоборот. И удовольствовался в итоге 20-м местом. Эпатажа на Евровидении каждый год – пруд пруди.

Дело в другом. «Сжавшиеся», как шагреневая кожа «постосманский» и балканский регионы, в итоге открыли дорогу представителям старой Европы, которая до этого долго играла на этом конкурсе роль «болота». Имея максимум одного-двух соседей, готовых голосовать за их исполнителей, «староевропейцы» в последние годы были вынуждены мириться с победами представителей какого-то из суперрегионов. Показательно, что единственный раз за последние годы представителей «больших регионов» обошла Германия. А ведь именно эта страна имеет большое влияние в восточноевропейских странах, на голоса которых она в тот раз и смогла опереться.

Теперь же, в первой пятерке наряду с Арменией от бывшего СССР, Швецией от скандинавов и Нидерландами, относящимися к другому региону, но выигравшими во многом за счет тех же скандинавских голосов, оказалась Австрия. Не только ее победа, но даже выход в число лидеров вряд ли произошел бы без «тектонических сдвигов» между теми самыми культурно-политическими регионами.

Прогнозы о победе Украины так и остались смелой гипотезой и, как ни странно, здесь тоже можно найти политические причины. Можно, конечно, считать эту тенденцию просто совпадением, но победы стран с периферии Европы на обсуждаемом нами конкурсе происходят не после, а накануне больших политических подвижек в этих государствах. Победа на «Евровидении»- это не бонус за «европейскость», это некий аванс на большие перемены. Так, в прошлый раз Украина выиграла конкурс в 2004 году – накануне «оранжевой революции». Сербия принимала «Евровидение-2008» в год президентских и парламентских выборов, когда решалось за кем пойдет страна – за евроскептиками или еврооптимистами. В итоге, конкурс, по сути, сыграл роль «проевропейской агитки».

И все же – «Евровидение-2014» послало символический намек не только России, но и Украине. Падение влияния европейской периферии на конкурсе совпало с ростом евроскептических настроений в самом ЕС. Недаром на ближайших выборах в Европарламент ожидается небывалый триумф партий именно с такими настроениями. Нынешний конкурс еще раз показывает – старая Европа замыкается в себе. Недавние события на Майдане проходили под лозунгом европейского выбора для Украины. Но сама Европа не особенно стремиться навстречу неофитам. Те, кого раньше не убедили многочисленные факты, возможно, заставит задуматься об этом нынешнее «Евровидение».